Во время обеда у меня на работе все молчат. И в это молчание мне частенько хочется вклинить какое нибудь интересное сообщение на разные темы. Народ вступает в дискуссию и по каким то странным причинам, часто тема переходит к теме геев. Они так и говорят:" У Ромыча почему то все сводится к гамасекам. "

Коллеги, сегодня я вам расскажу про самого настоящего гетеросексуала.

Его имя — Гей-Люссак. Точнее — Жозеф Луи Гей-Люссак.

Француз. Ученый. Химик. Физик. Просто замечательный человек.

Благодаря хорошей памяти, выраженным математическим способностям, а также обширным знаниям, он мог без бумаг, подсказок и набросков прочесть целую лекцию и своими словами объяснить сложнейшие вещи.

Гей-Люссаку принадлежит изобретение ареометров, которые дошли до наших дней почти в неизмененном виде. Гей-Люссак занимался определением содержания этанола в крепких алкогольных напитках.

Так что, когда вы сварили самогон и измеряете его градусы, благодарите Гей-Люссака. Они, градусы, раньше, кстати назывались не градусами, а — GL.

Ну, а про остальные его открытия и изобретения вы можете прочитать в тырнете. Здесь я не буду вас перегружать. Слава не Гею
Читать дальше →

«Чрезвычайное множество людей не умеют совсем смеяться. Впрочем, тут уметь нечего: это — дар, и его не выделаешь. Выделаешь разве лишь тем, что перевоспитаешь себя, разовьешь себя к лучшему и поборешь дурные инстинкты своего характера: тогда и смех такого человека, весьма вероятно, мог бы перемениться к лучшему. Смехом иной человек себя совсем выдает, и вы вдруг узнаете всю его подноготную. Даже бесспорно умный смех бывает иногда отвратителен. Смех требует прежде всего искренности, а где в людях искренность? Смех требует беззлобия, а люди всего чаще смеются злобно. Искренний и беззлобный смех — это веселость, а где в людях в наш век веселость, и умеют ли люди веселиться? (О веселости в наш век — это замечание Версилова, и я его запомнил).

Веселость человека — это самая выдающая человека черта, с ногами и руками. Иной характер долго не раскусите, а рассмеется человек как-нибудь очень искренно, и весь характер его вдруг окажется как на ладони. Только с самым высшим и с самым счастливым развитием человек умеет веселиться сообщительно, то есть неотразимо и добродушно. Я не про умственное его развитие говорю, а про характер, про целое человека. Итак: если захотите рассмотреть человека и узнать его душу, то вникайте не в то, как он молчит, или как он говорит, или как он плачет, или даже как он волнуется благороднейшими идеями, а высмотрите лучше его, когда он смеется.

Хорошо смеется человек — значит хороший человек. Примечайте притом все оттенки: надо, например, чтобы смех человека ни в каком случае не показался вам глупым, как бы ни был он весел и простодушен. Чуть заметите малейшую черту глуповатости в смехе — значит несомненно тот человек ограничен умом, хотя бы только и делал, что сыпал идеями. Если и не глуп его смех, но сам человек, рассмеявшись, стал вдруг почему-то для вас смешным, хотя бы даже немного,— то знайте, что в человеке том нет настоящего собственного достоинства, по крайней мере вполне. Или, наконец, если смех этот хоть и сообщителен, а все-таки
Читать дальше →