«видится» так:
акты осознавания выражаются в знании чередованием
— мысли о чувстве реального присутствии себя в «ни о чем»
— мысли о чем-то, в «ни о чем»
или
— мысли о чувстве реального присутствии себя в «ни о чем»,
когда занят собой и ни чем более
и
— мысли о чем-то, в «ни о чем»,
когда занят чем-то, совершенно забыв о себе;
а в остальное время — смесь этих двух в разных пропорциях?

Ни видео, не аудио запись не заменит живого общения. Но запись сделана и хотя каждое слово текста умирает в момент написания, оно может ожить в сознание тех, кто готов услышать.
До новых встреч 28 ноября я снова собираюсь в Питер.

Скачать запись здесь

files.mail.ru/1801228EFE6C43AFBB4D8C730E213EBF
files.mail.ru/A579886F442D4859A11AAA3F36DB4920

Какое СУЩЕСТВОВАНИЕ, интересуется СУЩЕСТВУЕТ ОНО или НЕТ,
ОНО даже не знает, ЕСТЬ ли ОНО САМО СУЩЕСТВОВАНИЕ,
НОМИНАЛЬНЫЙ СУБЪЕКТ, не знает никакого НОМИНАЛЬНОГО СУБЬЕКТА,
КТО же все ЭТО ПРИДУМАЛ,
КТО ЕСТЬ КТО,
КТО ЛУЧШИЙ, и ХУДШИЙ,
КТО ПРОБУЖДЕННЫЙ, и НЕ ПРОБУЖДЕННЫЙ,
КТО знает, что ОН это ОН, или НИКТО,
Кто знает, что ОН это ЗНАЕТ,
КТО определяет,
КТО разделяет,
ПОка есть двойственность МИР ЕСТЬ, такой КАКОЙ
ОН ЕСТЬ,
Исчезает Двойственность, исчезает МИР,
Он не исчезает совсем ЭТОТ МИР,
Потому как ОДНО, не может ПОЗНАВАТЬ СЕБЯ как ОДНО,
Поэтому и познает как ДВА,
Вся жизнь Природа так устроена.
Если ДВА-есть жизнь, которая происходит (условно ТВОЯ)
Если ОДНО, то нет Тебя, того кто живет

На окраине Бытия
Затерялась в предгорьях моря
Серпантиново-летняя я
Невоспето-заблудшая что ли
Тают сны в предрассветном «до»
Позабыто-прошедшего «может»
С новым месяцем календаря
Не рожденный день не прожит
Всё бегут отмеряя круг
Стрелки, сами того не зная
Я проснулась во сне и вдруг
Замечаю, что нет начала
Нет окраины Бытия
Не рождалась Вселенная в звездах
С первым месяцем календаря
И с последним все в тех же позах
Замерев на предгорьях «до»
Глухо в час предрассветный снова
Время нас отмеряет, но
Не бывает ни старым ни новым
Серпантиновое Бытие
Унеслось по предгорьям Кавказа
Предрассветным календарем
Не проснулась
Не я
Не здравствуй

Я очутился в том краю,
вкусив неведенья такого,
что выше знания любого.

Не знаю сам, какой тропою
вошел я в край сей заповедный,
не знаю, где я, но не скрою,
что в этот миг мой разум бедный,
покинув мир немой и бледный,
вкусил неведенья такого,
что выше знания любого.

Объяло истинное знанье
весь мир, Всевышним сотворенный.
Так, в одиночестве, в молчанье,
его узрел я и, плененный,
стал как младенец несмышленый,
коснувшись таинства такого,
что выше знания любого.

Был поглощен я столь всецело,
что на вершине отчужденья
любое чувство онемело,
ушло любое ощущенье,
когда достиг я постиженья
непостижимого – такого,
что выше знания любого.

Сей пилигрим, по Божьей воле,
сам от себя освободится
и все, что он узнал дотоле,
во прах и пепел обратится,
столь возрастет, что умалится
вдруг до неведенья такого,
что выше знания любого.

Чем больше познает, немея,
ум, тем он меньше постигает
сей пламень, ведший Моисея,
свет, что в полуночи сияет,
но тот, кто все ж его познает,
вкусит неведенья такого,
что выше знания любого.

Сие незнающее знанье –
– такую власть оно имеет,
что мудрецы в своем старанье
его постичь – не преуспеют,
ибо их знанье не сумеет
достичь неведенья такого,
что выше знания любого.

Его вершина недоступна,
и нет науки, овладевшей
тем высшим знаньем целокупно
иль превзойти его сумевшей.
Но сам себя преодолевший,
вкусит неведенья такого,
превыше став всего земного.

И, коль желаешь ты ответа –
– что тайна высшая скрывает? –
скажу: благое знанье это
суть Божества собой являет.
Нам Божья милость позволяет
вкусить неведенья такого,
что выше знания любого…
(Хуан де ла
Читать дальше →

Ребята, подскажите пожалуйста, как отписаться от новостной о публикациях сайта на личную почту?

«Фокус с коробкой».

Так же — открывается в полном размере при нажатии.

Совсем не считается,
С назначенным сроком…
Теплая Осень…

– У тебя ничего приятного нет в жизни?
– Нет, – сказала я.
– Как так?
– Да вот так.
– Что ж, одно страдание?
– Да. И у вас тоже.
– Ну, – засмеялся таксист, – об этом ты знать не можешь.
– Могу, – сказала я. – Иначе вы бы здесь не сидели.
– Почему?
Я бы объяснила. Только не знаю, поймете ли вы.
– Ишь ты какая, – фыркнул шофер, – что, думаешь, я глупее тебя? Уж наверно, пойму, если ты поняла.
– Хорошо. Ясно ли вам, что страдание и есть та материя, из которой создан мир?
– Почему?
– Это можно объяснить только на примере.
– Ну давай на примере.
– Вы знаете историю про барона Мюнхгаузена, который поднял себя за волосы из болота?
– Знаю, – сказал шофер. – В кино даже видел.
– Реальность этого мира имеет под собой похожие основания. Только надо представить себе, что Мюнхгаузен висит в полной пустоте, изо всех сил сжимая себя за яйца, и кричит от невыносимой боли. С одной стороны, его вроде бы жалко. С другой стороны, пикантность его положения в том, что стоит ему отпустить свои яйца, и он сразу же исчезнет, ибо по своей природе он есть просто сосуд боли с седой косичкой, и если исчезнет боль, исчезнет он сам.
– Это тебя в школе так научили? – спросил шофер. – Или дома?
– Нет, – сказала я. – По дороге из школы домой. Мне ехать очень долго, всякого наслушаешься и насмотришься. Вы пример поняли?
– Понял, понял, – ответил он. – Не дурак. И что же твой Мюнхгаузен, боится отпустить свои яйца?
– Я же говорю, тогда он исчезнет.
– Так, может, лучше ему исчезнуть? На фиг нужна такая жизнь?
– Верное замечание. Именно поэтому и существует общественный договор.
– Общественный договор? Какой общественный договор?
– Каждый отдельный Мюнхгаузен может решиться отпустить свои яйца, но… когда шесть миллиардов Мюнхгаузенов крест-накрест держат за яйца друг друга, миру ничего не угрожает.
– Почему?
– Да очень просто. Сам себя Мюнхгаузен может и отпустить, как вы правильно заметили. Но чем больней ему сделает
Читать дальше →