8. Прескверная штука.
Я оглядываюсь на свою жизнь, где я продирался
сквозь туман с лингвистами и кандидатами;
теперь у меня нет ни насмешек, ни аргументов –
я наблюдаю и жду.
– Уолт Уитмен –
Я сидел на палубе, наблюдая за кораблями в заливе в прорезиненный бинокль, который всегда был здесь для этих целей. Так сидел я и думал о своём, пока Кертис не напугал меня, подойдя совсем близко, и протягивая мне отчёт о моём рейтинге.
– Вас критикуют, – сказал он.
– Хотелось бы, – ответил я.
– Вам не нужно хотеть, – сказал он, – смотрите.
– Мне не нужно смотреть, – сказал я, – у меня есть ты.
– Ну, я посмотрел, и вот тут полно всякой критики на вас.
У него в руках было около двадцати распечатанных писем и любительских отзывов. Неплохо, принимая в расчёт, сколько я просил его просмотреть.
– Что за критика?
– Некоторые говорят, что вы высокомерны, – ответил он.
– Окей, это больно. Что ещё?
– Не знаю. Ну, знаете, критика.
– Знаю, это похоже на критику, но это не настоящая критика. Я бы хотел, чтобы критика была обоснованной. Я не имею в виду критику против центрального послания книги, которое неопровержимо – если истина с нами, кто может быть против нас, верно? – но я всегда надеялся на обратную связь, которая могла бы обнаружить пробелы в моём выражении данного предмета. Мы хорошо постарались, чтобы книга была, э, законченной, чтобы она не оставила неотвеченных вопросов, чтобы она была самостоятельной и ей больше ничего не требовалось.
Кертис посмотрел на меня озадаченно.
– Помнишь, в первой книге говорится, что есть много вопросов, но не так много ответов?
– Да.
– Мы…
– Мы это кто? Как «Мы, император»?
– Многие люди прочли первую книгу до того, как она вышла в печать, выискивая недостатки, пробелы, упущения, логические ошибки.
– Окей.
– Мы хотели обеспечить присутствие этих немногих ответов в книге. Фактически, настоящая причина написания второй книги была в том, чтобы ответить на то, что у тебя в руках.
– На критику.
– Да, вроде того. На
Читать дальше →
Eya
2b_neman
Radha
putnik
volcov
atman123
Masha777
ginolga
