ДЕМИУРГ ГЕОРГИЙ.

Есть только один мир жизни, а то, что мы называем жизнью — это мир мертвых форм. Те провидцы, которые изредка видят настоящий мир, помещают его внутри сердца. Он не внутри и не снаружи, но все определения равно лживы, и потому назовем это внутренним миром.
Внутреннее море готово распахнуть руки – волны и понежить нас на своей груди. Внутреннее небо зовет летать, и нам не нужны крылья, чтобы парить в его бесконечной синеве. Внутреннее солнце не заходит за горизонт и всегда освещает путь. Внутренние звезды вечно манят своей тайной, еще более прекрасной от невозможности ее разгадать. Что же мы ищем вовне? Прорываясь сквозь колючки страхов, израненные шипами вер, опутанные напрасными надеждами. И море, и небо, и солнце, и звезды ближе, чем сердце, трепещущее в груди. Они заполняют паузу между ударами, и когда сердце замолчит, останутся только звезды и солнце, кружащие по бесконечному небу над бесконечным морем.

Георгий родился счастливым человеком. Все младенцы плачут, когда из теплого внутреннего мира слепая сила природы вытаскивает их в холодный ослепляющий мир, по человеческому недомыслию названный жизнью. Но младенцы знают, — это мир смерти, боли и страданий, а мир жизни только просвечивает сквозь оболочки грубых форм, и с каждым часом пребывания души в мире смерти — все более тускло. Георгий это знал и все же не плакал, а смеялся от восторга, предвкушая необыкновенные приключения в мире мертвых форм. Так художник- авангардист, собирая инсталляцию из найденного на свалке мусора, в радостном упоении перебирает вонючие кучи, предвкушая восторги прекрасных поклонниц. Неужели автор хочет сказать, что Георгий и есть Творец?
Тот самый, с большой буквы Т. Да, именно это автор и утверждает. Только Бог, сотворивший этот нелепый мир и при этом заявивший, что все сделано хорошо, может радоваться при рождении. На смеющегося младенца приходила смотреть вся родильная палата, и даже врачи с других отделений. Георгий никогда не плакал. И в то время, как
Читать дальше →

трансформация
не изменение
смерть иллюзии

упал в чай
и не обжегся
осенний лист

Как много лет во мне любовь спала.
Мне это слово ни о чем не говорило.
Любовь таилась в глубине, она ждала —
И вот проснулась и глаза свои открыла!
Теперь не я пою — любовь поет!
И эта песня в мире эхом отдается.
Любовь настала так, как утро настает.
Она одна во мне и плачет и смеется! И вся планета распахнулась для меня,
И эта радость будто солнце не остынет,
Не сможешь ты уйти от этого огня,
Не спрячешься, не скроешься,
Любовь тебя настигнет.

Мне недостаточно, мало — не знаю чего — придумаю, смотря по течению мысли. Мало мира в мире, люди корыстные, о себе только всегда. Я вообще не понимаю что здесь делаю. Вот нафига я вообще? Близким — одни проблемы, а с далёкими всё классно — я им нафик сдался.
Вообще, всё это странно.Не хочу никого видеть и всем звоню без разбора. Утром думаешь — ну вот опять… если, конечно, пустота не приснилась, но её хватит на десять минут спокойной жизни и понеслась… вот эта вся хренатень. Разговоры тупорылые, а мысли… это пипец, вообще ниочем и всегда. Или приукрашиваешь реальность как художник без дара или вообще нихрена в ней не понимаешь.
Выстрел в пустоту) Привет, люди!

Рам Цзы знает…

Твои лyчшие намеpения
Бpосили тебя в это деpьмо.

Истинy
Тебе заслоняет
Все то, что ты знаешь,
Все то, что считаешь священным.

Если ты искpенне хочешь yвидеть,
Как солнечный свет
Игpает на листьях,
У тебя должны быть чистые окна.

Всех ищущих ставит на путь один и тот же вопрос:
С этим миром что то не так. Ни для одного искателя вопрос не звучит обратным образом, что не так что то со мной, он вторичен — а вот в начале, не так что то именно с миром. Проблемы в семье, скандалы, разводы, неурядицы на работе, нескладухи в быту — все это подспудно напрягает на поиск, тригерром для которого обычно служит глубокий депресняк… он то собственно и запускает весь поиск. Обычно поиск начинается с религиозного места прописки, ищущий христианин допустим вспоминает дорогу в храм, и на какое то время это дает облегчение — службы, разговоры и чтения на тему, депрессию по тиху обвалакивает благоговение. Однако, вопрос что с миром что то не так у настоящего искателя все равно продолжает всплывать, как поплавок — и почему, если творец благ, то сотворенный им мир полон страданий, поиск продолжается — в религиозной теме всплывают косяки и нескладухи, и обычно дальше идет этап намба ту — мистика, эзотерика, от ченеллингов до учений гурджиева, кастанеды и тд и тп И какое то время это дает облегчение — неадекватность творца творению скрадывается за бесчисленными выстроенными схемами иерархий, как например — книги урантии или розе мира андреева, или все возможных и невозможных эзо-систем. Сложность эзотерики маскирует изначальный вопрос — а почему соб-но все не так. И если на религиозной теме завис обычно недолог, то на мистико-эзотерической можно застрять на годы — всем известна упоротость кк-ов игг-ов, т.е. кастанедовцев и гурджиевцев, это именно что системы. Однако, вопрос он то буравчиком все равно идет и живет — и рано или поздно стартует третий этап поиска — учения недвойственности…
… в них каждый искатель уходит рано или поздно. Обрисовывать их нет смысла, все в курсе здесь. Надо сказать только за одно — почему именно не-2. Учение дает ответ на вопрос, что же именно не так с миром, последовательно отсекая, как идею творца (а значит и его ответственности за творение), так и иерархическую сложность систем,
Читать дальше →

Черное это черное, белое это белое,
мне нет до этого совершенно никакого дела.

.

Ты принимаешь сладость за Истину.
Тебя притягивает нежная улыбка
Обнадеживающий взгляд.
Мягкий голос
И доброе слово.

Если это поднимает тебе настроение,
Ты полагаешь рука Бога
Коснулась твоего сердца.

Это жесточайшая из ловушек,
И ты продолжаешь попадаться в нее
Соблазненный обещанием
Добра
Прогресса
Достижения.

Ты не обращаешь внимания на Мудреца
Такого грубого и обыкновенного
Лишенного блеска
Его ничего не значащие слова
Не более чем животное мычание
В твоих ушах

Рам Цзы знает:
Путь к Спасению
В грязи на которую ты ступаешь

Рам Цзы