Благодарю Мастер, за то, что случилась Великая Милость — встреча с тобой! Да, проходиться встречать и такое, но благодаря учению находясь в его потоке становишься прозрачен для всех попыток кого либо самоутвердиться через унижение, и пусть это поможет и даст тебе силы нести это благородное учение. Есть безусловно и те кто ещё глуп, но уже отформатирован и царапая ногтями стену матрицы исполняет элементы калейдоскопа танца Шивы. Когда первый раз пришёл на сатсанг, эго разрывало, готов был принести чемодан взрывчатки и пустить всё в прах… А сейчас склоняюсь в почтении и уважение. Нет слов чтобы выразить это. Люблю и улыбаюсь. :)))

из интернета

Можно прилично нагрубить кому-нибудь, крикнув ему аспид! (коварный гад, действующий исподтишка)
брандахлыст — бездельник, показушник и вообще фраер.
Слово вздор — тоже ругательство.
По индексам оскорбительности гнида — смертельное оскорбление.
Совсем глупого можно назвать дундуком.
Читать дальше →

Уроженец Беларуси Стэн Карпенко развивает проект, который дает незрячим людям возможность адаптироваться к окружающему миру.



Команда GiveVision разработала софт для «умных очков», который позволяет незрячим лучше ориентироваться и даже читать. Очки могут идентифицировать объекты, распознавать тексты и считывать жесты рук. Устройство озвучивает информацию через динамик и позволяет в нужный момент «услышать» номер автобуса, считать информацию на этикетке или заметить препятствие.

Читать дальше →

Эта любовь, этa глубокая вечно-присутствующая тишина, которой ты являешься, настолько громадна, что она поглощает все.
Ее не интересует образ того, как что-то должно выглядеть.
Она не пытается произвести впечатление, не ищет награды, принятия или утверждения.
Она не претендует на экстроординарность, бесстрашие или безболие, ей не требуются слова “духовный” или “пробужденный,” она не считает себя выше всего.
Ей не известны обходные пути, хитрые трюки, способы притупления боли.
Она не боится замарать руки.

Читать дальше →

Опуская веки, я вижу край
ткани и локоть в момент изгиба.
Местность, где я нахожусь, есть рай,
ибо рай — это место бессилья. Ибо
это одна из таких планет,
где перспективы нет.

Тронь своим пальцем конец пера,
угол стола: ты увидишь, это
вызовет боль. Там, где вещь остра,
там и находится рай предмета;
рай, достижимый при жизни лишь
тем, что вещь не продлишь.

Местность, где я нахожусь, есть пик
как бы горы. Дальше — воздух, Хронос.
Сохрани эту речь; ибо рай — тупик.
Мыс, вдающийся в море. Конус.
Нос железного корабля.
Но не крикнуть «Земля!».

Можно сказать лишь, который час.
Это сказав, за движеньем стрелки
тут остается следить. И глаз
тонет беззвучно в лице тарелки,
ибо часы, чтоб в раю уют
не нарушать, не бьют.

То, чего нету, умножь на два:
в сумме получишь идею места.
Впрочем, поскольку они — слова,
цифры тут значат не больше жеста,
в воздухе тающего без следа,
словно кусочек льда.

Ты пылко шепчешь о любви,
А вскоре орешь :«Виновата!»,
Просишь прощенья, преклонив колени,
И вслед: «Уйди, от тебя больно!»
Что-то ищешь обо мне и злишься,
Не найдя ответа…
Посмотри, ЗДЕСЬ Я!
Играет в небе ветер облаками-
Пухо-белыми лошадками,
Скачут, скачут…

лзощршдпдп