Насколько же всё таки у меня всё пропитано оценками! :) Огромное количество раз на дню каждая реакция оценивается — как подобающая либо как неподобающая. Плюс, если была оценена как неподобающая, то следом сразу рассматривается, увидел ли я что это неподобающесть была тоже принята в момент появления. Это так привычно, это очень прочно вплетено в повседневную жизнь. Такое, что я никогда и не рассматриваю, потому что настолько естественно, что туда и взгляд не падает. Такие прям кучки из одинаковых мысленных структур, повторяющихся часто и от того имеющих какой-то определённый запах, который становится заметен. Но конкретно как мысль, получается эту оценку заметить лишь изредка, когда вдруг неожиданно попадает в поле зрения.
До меня буквально вчера, после встречи с Феликсом (на наших встречах одесской группы)дошло: ты не можешь не быть тем, кто ты есть, ты не можешь не думать в данный момент ни о чем другом, кроме того о чем ты думаешь, ты не можешь находиться ни в каком другом месте, где ты сейчас находишься, ты не можешь не делать то, что ты сейчас делаешь.Нет никакого другого, паралельного варианта. Это все что есть!
Хотя, я много раз об этом читала и слышала, но проникло это понимание только сейчас- ЗАНОВО, как впервые услышанное. Спасибо!
Если настроение данного мига выражает одиночество и покой, его называют саби. Если художник ощущает подавленность или печаль и при такой особого рода пустоте чувств мельком замечает нечто обыкновенное и естественное во всей его невыразимой «таковости», — такое настроение называется ваби. Если мгновение вызывает более сильную ностальгическую грусть, связанную с осенью и ощущением умирания мира, — оно называется аваре. Когда же в увиденном проступает нечто мистическое и странное, как бы намёк на нечто неведомое и вечно недосягаемое, такое настроение называется юген. Эти совершенно непереводимые японские слова описывают четыре основных настроения фурю, то есть общей атмосферы «вкуса» Дзэн в такие «бесцельные» мгновения жизни.
В стихах хайку и вака, можеть быть, яснее, чем в живописи выступает тонкое различие между четырьмя типами настроения. Тихое и трепетное одиночество саби ясно выражено в стихотворении:
На голой ветке
Уселся ворон.
Осенний вечер.
Менее очевидно, и потому более глубоко оно в таком хайку:
Вечерний ветерок,
Укутывает водой
Ноги цапли.
Или:
В тёмном лесу
Упала с дерева ягода —
Всплеск воды.
Относительные знания заложенные в моей голове, является основной преградой для чистого самоисследоания, но выбирать не приходится, это то, что есть и другого не дано. Они ограничивают моё виденье всего того, чем являюсь я сам, по своей сути. Без этого знания, которое всё можно подставить под сомнение, я бы не смог сформулировать то, что предстаёт перед моим мысленным взором. Я вижу как мысль рождает мысль, опираясь всё на то же знание. И строю с ней отношение, я укладываю позитив в новую память, а негатив пытаюсь забыть, закопать его «поглубже». Интересно, что мысль вызывающая переживание не формулируется в некое конкретное знание о ней самой и не откладывается в памяти, а лишь то, что явилось следствием этой мысли, это ощущения, переживание, всё что было непосредственно ярко прожито на физическом плане этим телом. И это уже, в свою очередь, формулируется новым отношением, хорошо, плохо, нейтрально, последнее, как правило быстро забывается. Я не знаю той мысли которая вызвала переживание, она мимолётно оставила свой след в моих ощущениях и искусно прячется за ними. Идя через переживание к ней, я не нахожу её, такое ощущение, что её и не было никогда. Позитивное состояния почти никогда не вызывают вопросов, почему же мне так хорошо, это просто переживается с наслаждением, а если капнуть, то уже на поверхности можно увидеть ряд банальных причин, по которым это всё происходит, это может быть блеф, а большего и не надо, когда и так всё прекрасно ( мотивация на нуле ). В случае негативных эмоций, как правило я бегу от них, чтобы не страдать, я готов забыть всё и ничего не видеть, лишь бы страдание прекратилось. Но так было до не давних пор. Теперь, когда я чувствую душевную боль, я пытаюсь найти ту мысль которая явилась катализатором этой боли. Здесь открывается ряд следствий, причины которых до конца не видимы изначально. Углубляясь дальше, становится очевидным, что есть взаимоотношения мысленных субъектов, имеющих каждый свои твёрдые убеждения о том, как всё должно
Читать дальше →
«Кое-кто мне сказал, что я не должен медитировать, потому что это лишь очередное стремление самоутвердиться. А другие говорят, что нужно медитировать, иначе я никогда не достигну просветления. А вы как считаете?»
Я им отвечаю: «Ты мне скажи — ты сам чувствуешь побуждение медитировать? Дело не в том, должен ты или не должен, и даже не имеет значения, что этот вопрос задает твой ум, твое эго. Но что стоит за ним? Что, если заглянуть глубже? Что ты на самом деле знаешь? И хочешь ты это знать или нет?» Это важный вопрос.
На мой взгляд, основная задача учителя состоит в том, чтобы помочь ученику установить связь с его собственным интуитивным, естественным чувством направления — с «внутренним учителем», как его иногда называют. Я прекрасно осознаю, что многие люди практически не чувствуют внутреннего учителя. В них столько противоречий и конфликтов, что им очень сложно найти этого учителя.
Таким людям необходим внешний учитель — чтобы указать направление, помочь увидеть, куда им нужно идти и на что смотреть, чтобы найти это внутреннее руководство.Очень многие люди слагают с себя всякую ответственность. Очень многие, вступая на духовный путь, ждут, что им кто-то скажет, что делать. Они хотят, чтобы учитель им сказал: «Делай это и не делай того. Медитируй столько-то времени или медитируй столько-то времени». Подобная привычка ведет к духовному инфантилизму. В какой-то момент мы должны повзрослеть, мы должны начать обращаться внутрь себя за внутренним руководством. Есть вещи, которые люди в действительности знают, но они просто не хотят их знать. В глубине самих себя они знают, что именно в их жизни работает, а что не работает, в каких сферах жизни у них все благополучно, а в каких нет. Но человеческая природа такова, что иногда мы не хотим знать того, что нам не нравится. Поэтому мы делаем вид, что не знаем.
И самое важное — это перестать притворяться. Всему есть свое место и время. Когда-то нужно приложить усилия и следовать дисциплине. А в какой-то момент следует
Читать дальше →
Когда отождествление с Я центром ослабевает, и внимание ищущего разворачивается, ум лихорадочно ищет нового отождествления, и с легкостью подсаживается на различные абстракции. Так произошло и со мной. Старые отождествления уходят, слой за слоем, это сопровождается спецэффектами в виде благостных состояний. И каждый раз ум находит какую нибудь идею, концепцию или абстракцию и пытается присесть на нее. В связи с общей эйфорией, это ему легко удается. Нго Ма меня уже несколько раз ссаживал с различных концепций, на которые я подсаживался после разворота внимания.
Последний раз это было на сатсанге 15 марта. Я создал себе некое представление об Абсолюте, которое я и подразумевал, как индикатор моего просветленного состояния. У меня это было что то типа: Абсолют, это ТО, что есть пространство перед мыслями об Абсолюте, до того, как разворачивается триада познания… Ну и дальше следовала некая теория в обоснование всего этого.
Нго Ма с легкостью раскусил меня на сатсанге, и в достаточно резкой форме опустил мою концепцию. В первое мгновенье, мой обессиленный автор встрепенулся, будучи уязвлен такой несправедливостью. Но следом за этим, сразу же приходит осознание в истинности слов Мастера, и происходит приятие всего этого и новое понимание о том, что любая концепция есть производная ума, пытающегося подсесть хотя бы на что то.
Жаль конечно, что «просветление» в очередной раз пролетело мимо, оставив лишь воспоминание о благостных балдежных состояниях. Сейчас, по прошествии двух дней, это вспоминается с легкой иронией.
Вышесказанное еще раз подтверждает, что без Мастера не пройти, особенно после разворота внимания.
Mint
Vita
wwwatcher
Eya
Mikeda
Felix