avatar

Ода Тому Что Мы Есть.


О, Мастер!
Твоё Учение- безжалостная Милость,
указывающая, что мои руки полны фальшивых драгоценностей,
которые не дают увидеть:
бедняк, который их держит — такой же вымышленный…
И в Существовании невозможна ни потеря, ни приобретение.

Я не в состоянии ни найти себя,
ни потерять, и только самая азартная из
Игр — в Познание, убеждает
меня в том, что в этом есть изъян.

Я за пределами удовольствия и неудовольствия,
И только вера в то, что я знаю, что хорошо и плохо
Заставляет меня становиться наркоманом мыслей и ощущений.

Я не приобретаю ничего в самом наивысшем блаженстве,
и не теряю ничего без него.
Только мысли, что таким образом, я теряю Себя, Бога, Радость и Счастье — делают меня бедняком и нарушают естественное течение Жизни.

Всестороннее открытие Природы Явлений,
выявляет прекрасные аспекты Присутствия, Любви и т.д. и это освобождает
осознанность от фиксаций на содержании абсурдных и злых фантазий ума.
Но это всё ещё опора на Основу Игры,
и То, что есть Игра — не открыто.

Не открывая ничего нового,
Не избавляясь ни от одного из аспектов,
Потерпев полное поражение в том, чтобы
найти в Игре Игру,
как некое супер-сильное и постоянное,
новое или прекрасное старое переживание,
Осознав, что то, что ищется — не лежит в области нахождения или потери,
регистрации и осознавания,
То что есть Игра обнаруживается без обнаружения,
как то, что всегда было здесь
avatar
avatar

Л.Н.Толстой "Ответ на определение синода от 20-22 февраля и на полученные мною по этому случаю письма"

He who begins by loving Christianity better than Truth
will proceed by loving his own Sect or Church better
than Christianity, and end in loving himself better than all.

Coleridge
(Тот, кто начинает любить Христианство больше чем Истину
продолжит тем что будет любить свою собственную Секту или Церковь больше
чем Христианство, и закончит тем что полюбит себя больше всех.
Кольридж)

Я не хотел сначала отвечать на постановление обо мне синода, но постановление это вызвало очень много писем, в которых неизвестные мне корреспонденты — одни бранят меня за то, что я отвергаю то, чего я не отвергаю, другие увещевают меня поверить в то, во что я не переставал верить, третьи выражают со мной единомыслие, которое едва ли в действительности существует, и сочувствие, на которое я едва ли имею право; и я решил ответить и на самое постановление, указав на то, что в нем несправедливо, и на обращения ко мне моих неизвестных корреспондентов.

Читать дальше →
avatar
avatar

Лев Толстой


— Умереть – значит избавиться от заблуждения, через которое все видишь индивидуально. Родиться – значит из жизни общей перейти к заблуждению индивидуальности. Только на середине, во всей силе жизни, можно видеть свое заблуждение индивидуальности и можно сознавать истину всеобщей жизни. Только один момент на вершине горы видны оба ската ее.
— То, что мы называем своей жизнью, личной жизнью — это способность стать поперек свету — не пропускать его, истинная же жизнь есть способность стать так, чтобы пропускать свет вполне, не задерживать его.
— Способность пропускать свет, причем необязательно исходящий с небес или от Бога – вот важнейшее качество русской души. Умереть значит вновь стать одним с миром.
avatar
avatar

Что побуждает глаза видеть


То что вы есть, сейчас предстаёт передо мной, бессмертное и истинное. Я вижу это в земле под ногами, и в облаках в небе, в тумане клубящемся в каньонах, и в лице старика прогуливающегося с внуком по тротуару. В одеждах монахов я вижу это, и в лохмотьях, надетых на женщине просящей милостыню у супермаркета. Я вижу это в полных сочувствия глазах женщины, встречающей своего вернувшегося с войны сына, и в отце который пытается успокоить свою маленькую дочурку, стоя в очереди в продуктовом магазине. Я вижу это в линиях отражения моего лица в зеркале и в множестве звёзд в небесах.

Читать дальше →
avatar
avatar

Выход из матрицы страданий

отрывок из книги Адьяшанти «Падение в Милость» (продолжение...)

Так где же выход? Как не запустаться и не потеряться в наших собственных мыслях, проекциях, верованиях и фантазиях? С чего начать выход из этой матрицы страданий?
Для начала стоит сделать простое, но очень содержательное наблюдение: все мысли – плохие, хорошие, приятные и не очень – все они связаны с чем-то. Все мысли появляются и исчезают в необъятном пространстве. Если вы понаблюдаете за своим умом, то заметите, что каждая мысль появляется сама по себе – она появляется, не имея никакого отношения к вам. Мы, в свою очередь, привыкли хватать её и присваивать себе, отождествляться с ней. Но если попробовать хоть на мгновение противостоять тенденции присваивания мысли, то может произойти грандиозное открытие… Мысли появляются и исчезают абсолютно спонтанно, сами по себе, внутри безграничного пространства. Шумный ум, как правило, особенно заметен на фоне глубокой тишины.
Поначалу это наблюдение может не быть таким очевидным: мы ведь привыкли думать о тишине в рамках внешней среды. Тихо ли в моей квартире? Перестала ли гавкать соседская собака? Выключен ли телевизор? Ещё мы привыкли думать о тишине в рамках внутренних наблюдений: спокоен ли мой ум? Улеглись ли мои эмоции? Ощущаю ли я покой? Но тишина, о которой я говорю, она не имеет определения в относительности. Это не отсутствие шума и не отсутствие мыслей. Вы сможете увидеть, что каждая мысль появляется на фоне абсолютной тишины. Мысль появляется внутри пространства не-мысли, в необъятном пространстве.
Продолжая наблюдать за природой мысли, и особенно за тем, кто или что фиксирует появление мысли, большинство из нас практически уверены, что «Да, это я замечаю появление мысли..». Это именно то, чему нас учили с детства, и то, что для нас так естественно: что это «я» — «личность», которая думает свои мысли. «Кто же ещё их может думать, как не я?!» Но если копнуть чуть глубже, то вы обнаружите, что это вовсе не «вы» думаете. Думание просто случается. Оно случается независимо от того, хотите вы того или нет, и заканчивается, неважно, хотите вы того или нет. Когда вы начинаете видеть этот процесс, то может показаться шокирующим тот факт, что ум начинает мыслить сам по себе, и останавливается он тоже сам по себе. Если вы перестанете пытаться контролировать свой ум, то обнаружите, что каждая мысль появляется в безграничном пространстве. Это может стать феноменальным открытием. Факт, который говорит о том, что существует ещё нечто, что не является мыслью, и что мы не являемся очередной мыслью, которая появляется в уме.
Когда мы верим в свои мысли, когда мы на самом глубоком уровне убеждены, что они реальны, мы можем увидеть, как всё это ведёт к неудовлетворённости, недовольству и, в коненом счёте, к страданиям на всевозможных уровнях. Осознание этого факта – это первый шаг на пути разоблачения страдания. Стоит обратить внимание ещё на один факт, даже более фундаментальный, чем предыдущий. Это, ещё более глубокое осознание, открывается спустя долгое время, после того, как мы сформировали свои мысли, верования и способность к концептуализации. Почему так? Даже после того, как мы уже осознали, что это ум застваляет нас страдать, мы по-прежнему находимся во власти своих мыслей, вовлекаясь в них с таким азартом? Почему мы по-прежнему так сильно привязаны к этому отождествлению? Одна из причин, почему это происходит, это то, что содержание наших мыслей — наши верования, идеи, мнения – мы привыкли верить, что это то, что мы есть. Это и есть самое главное заблуждение: я есть то, что я думаю; я есть то, во что я верю; я есть моя собственная точка зрения.…
Способность смотреть и видеть сквозь эту иллюзию поможет и позволит нам заглянуть ещё глубже… в то, что же, собственно, побуждает нас видеть мир таким образом…

Продолжение следует...:)
avatar
avatar

История дзэн


Уммон сказал главному монаху:
-Ты отличаешься от вселенной или тождественен ей?
— Тождественен, — ответил главный монах.
— Все живые существа, мотыльки, бабочки, муравьи – они отличаются или тождественны?
— Тождественны.
— Почему ты в таком случае отмахиваешься от них?





avatar
avatar

Бамбуковые занавески



Заняв высокое место для проповеди перед собравшимися, Фа-йен поднял руку и указал на бамбуковые занавески.
Два монаха встали и подняли занавески, скрутив их одинаково. «У одного получилось, у другого – нет», — произнес Фа-йен.