Субъект субьективен
Номинальность номинальна
Карл Карл

Aура просветленного обретает золотисто-янтарный цвет, и если приглядеться, внутри можно увидеть навсегда застывших в этом янтаре тараканов.

… Реальность пред-существует и находится за пределами, но реализация начинается светом и светом же заканчивается.

— А любовь, она тоже пред-существует?

Любящий начинается и заканчивается светом. До света, до любящего есть То… абсолютное незнание, которое даже не переживает бытие, ни бытие, ни небытие, сама Тайна.

Свет — это начало и конец реализации.

Читать дальше →

Если видел однажды солнце, то уже не поверишь в тучи, что тебя от любви скрывают
Будешь видеть сиянье солнца через образы всех творений, через тьму, что клубится в небе
Через ненависть, через страхи, через боль, что пробила сердце и сквозь рану покой потоком заполняет пространство света, но тебя в этом свете мало и становиться меньше, меньше…
Исчезаешь ты вместе с болью, исчезаешь с тоской невнятной. И касаясь лучей руками, греешь пальцы в тепле закатном…

Бывает погода хорошая, солнце светит, все сверкает, люди нарядные.
Бывает погода плохая. Дождь промозглый. Ветер. Люди кукожатся.
А бывает такая, что вот все нормально вроде, ни холодно, ни жарко, люди шоркаются, но в воздухе висит измена…
Вы простите меня, запахи горелых листьев, запахи «левых» борщевых пережарок, запахи женщин, запахи мужчин. Где вы, слезы? Смойте это.

А мне бежать некуда.

Не знаю что сейчас испытывают люди, когда получают заказанный по интернету гаджет с доставкой курьером на дом, но во времена моего детства, получение посылки от бабушки из деревни было событием коллективным, значимым и душевным. Почтовый ящик в подъезде дома использовался не для выбрасывания из него рекламы, а для получения писем и извещений. Раз в несколько месяцев моя бабушка снаряжала нам посылку и я вместе с отцом ходили на почту ее получать. Посылка была в виде ящика из фанеры или двп, грани коробки усиливались деревянной рейкой. Крышка прибивалась гвоздиками. Все это было перевязано крест на крест пеньковой веревкой, кончики которой закреплялись сургучевой печатью. На крышке синей ручкой более менее печатными буквами отправитель писал свой адрес и адрес получателя. Ящик использовался многократно и старые надписи счищались наждачкой.
На почте работник забирал у нас заполненное данными паспорта извещение и уходил на склад посылок, где долго-долго ходил между стеллажами и ящиками, которые были расставлены на полу. Я заглядывал в проем двери склада, пытаясь угадать нашу посылку. И вот работник почты — женщина в возрасте, с трудом приносила ящик, ставила его на весы, сверяла вес и отдавала нам. Я, одолеваемый приятными предчувствиями, гордо тащил этот ящик домой под одобрительные взгляды отца. Дома посылку открывали только тогда, когда вся семья была в сборе. Это как правило был выходной день, мы ставили посылку посреди комнаты, я брал отвертку и аккуратно поддевая крышку, выпускал из нее первые запахи тайны. Хоть мы уже и знали что там примерно будет, всегда попадалось что — нибудь необычное и интересное.
Сверху лежало письмо, его отдавали маме и она его начинала читать вслух. Дальше, весь объем состоял из подсолнечных семечек, которые пересыпали куриные яйца, завернутые в газетные листы, кусок сала, завернутый в белую тряпочку, отдельный мешочек с тыквенными семечками, яблочная пастила, конфеты. На дне ящика лежали шерстяные вязанные носки или варежки.
Читать дальше →

Я не тупой, я особенный. Вот читаю, слушаю и часто не понимаю толком ничего существенного, так общие слова и не больше. Но вот бывает — раз, как щелчек какой и я из непоняток других такое понимаю, что не каждый так поймет, а я и в глубь и в ширину и… вообще, да так. что и другие не понимают, да и я не всё.
Вообщем не тупой я.